Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

Анатомия 90-х

Демократы приходили к власти в России дважды – в феврале 1917-го и в декабре 1991-го. Оба раза короткий период их правления кончался экономической катастрофой и сменой режима на авторитарный. Оба раза демократы осуществляли социалистические программы: высокие налоги, высокая инфляция, служба интересам привилегированного меньшинства.

Но если Керенский открыто объявил себя социалистом, то к реформаторам 1990-х несправедливо прилип ярлык «либералов». Между тем, Гайдар прямо говорил, что России нужен «курс на обновление социализма», а вовсе не на американский (какой-никакой) капитализм.

Попробуем максимально сжато и информативно проследить логику и действия демократов-реформаторов из 1990-х.

Налоги

После развала СССР у государства осталось много советских внешних долгов и не было денег, чтобы кормить толпы бюджетников (учителей, врачей, пенсионеров и пр.) и субсидировать убыточные производства, вроде угольных шахт. Бюджетники и никому не нужные шахтеры проводят стачки и митинги, растет социальное напряжение. Что делать?

Collapse )

Свободная Россия, которую мы потеряли… в 1992-м

Россия без налогов и министерства информации, со свободным рынком валют и частными правоохранительными фирмами — именно такую страну, предельно свободную и стремительно богатеющую, мы потеряли в первый год после краха советского режима.


Знали ли вы, что на рубеже 1980–90-х, когда в узком кругу советских экономистов вырабатывались основные концепции реформ, в России существовал либертарианский дискурс?

Оказывается, он не только существовал, но и конкурировал с победившим в итоге, интервенционистским гайдаровским дискурсом, который привел Россию туда, где она разлагается сейчас. Вместо свободной мы получили еще одну смешанную, полусоветскую экономическую систему, которая до сих пор держит десятки миллионов людей в унизительной нищете, но десятки людей, приближенных к государству, наградила золотыми орденами и унитазами.

Как вспоминал депутат Михаил Киселев, автор либертарианского по духу указа «О свободе торговли» на заре новой России, к 1991 году среди потенциальных реформаторов сложились две группы — «дирижистов» и «либералов». К первой группе, более широкой и статусной, принадлежали Гайдар и Чубайс. Они планировали реформировать советскую экономику при активном вмешательстве и контроле со стороны государства. Указ «О свободе торговли», к примеру, вообще не входил в их планы и был встречен Гайдаром «без воодушевления».

Collapse )

Почему государственная собственность всегда стремится к упадку?

Потому что, с точки зрения экономической теории, государственная собственность является ничейной. А ничейная собственность, как известно, всегда подвержена “эффекту трагедии общин”. Иными словами, государственный (т.е. ничейный) ресурс неизбежно обречён на то, чтобы подвергаться нещадной эксплуатации, вплоть до полного его уничтожения.

Но почему государственная собственность приходит в упадок не так быстро, как это можно было бы ожидать, в соответствии с теорией трагедии общин? 

Происходит это потому, что к пользованию государственной собственностью допускается не всё население страны, а только власть имущие – политики, чиновники, их ближайшее окружение, их семьи и родственники. Получается, что безжалостным “вытаптыванием” государственного (ничейного) пастбища занимается не всё население страны, а только его часть (хотя и очень значительная часть). Именно поэтому “пастбище” (богатство территории) вытаптывается несколько медленнее, чем это прогнозирует теория трагедии общин.

Получается нам повезло, что существует государственная собственность, которая замедляет вытаптывание находящегося на нашей территории богатства? Нет, не повезло! 

Collapse )

Разоблачение социализма.

Многие отказываются признавать нацизм и фашизм «социалистическими» режимами, потому что привыкли отождествлять социализм только с марксизмом и различными социал-демократическими проектами. Но экономическая теория не интересуется цветом мундиров или тем, насколько хороши манеры диктаторов.


Многие отказываются признавать нацизм и фашизм «социалистическими» режимами, потому что привыкли отождествлять социализм только с марксизмом и различными социал-демократическими проектами. Но экономическая теория не интересуется цветом мундиров или тем, насколько хороши манеры диктаторов.

Для неё важно, какие группы или классы стоят у власти при различных политических режимах. С точки зрения экономической теории совершенно неважно, каким образом приходят к власти социалистические лидеры — в результате выборов или государственных переворотов. Экономическую теорию интересуют только отношения собственности или масштаб государственного контроля над экономикой. Любые формы централизованного планирования экономики представляют собой разновидности социализма, независимо от философских и эстетических пристрастий различных социалистических течений. Социализм может быть монархическим или пролетарским. Он может проводить уравнение имущества либо усиливать неравенство. Но суть его всегда одна: полный государственный диктат над экономической жизнью.

Мюррей Ротбард.